Державин Гавриил Романович

 

Фролов Г. А.: Ода Г. Р. Державина "Бог" в немецком литературном контексте (источники, переводы). Страница 2

1 - 2

И как раз не отрицание "сродства", а его обнаружение и признание, анализ родственных элементов позволяет увидеть истинную оригинальность державинского шедевра по отношению к Клопштоку, Гердеру и др.

Поэтическая суверенность "Бога" обнаруживается и подтверждается также его немецкими переводами. Воспринимаемая как один из лучших образцов русской поэзии того времени, ода Державина, начиная с конца XVIII и до середины XIX века, представлена в десяти различных переводах на немецкий язык, выполненных как в Германии (Берлин, Лейпциг, Вена, Штутгарт), так и в России (Петербург, Дерпт, Львов), — то отдельными изданиями, то в сборниках переводов из русской поэзии. Переводчиками выступают или русские немцы, или немцы, служившие в России офицерами, пасторами, домашними учителями, преподавателями в гимназиях и университетах. Среди них немало известных поэтов, ученых, филологов-славистов.

Особого внимания заслуживают переводы А. фон Коцебу и Ф. Боденштедта.

Издание стихотворений Державина (в их числе и ода "Бог", Лейпциг, 1793) А. фон Коцебу было продиктовано чисто карьерными соображениями: сделать приятное автору — в то время влиятельнейшему лицу в Российской империи. Прозаическая копия оды выполнена наспех, небрежно; это не более чем замена русскоязычной лексики иноязычной. Переводчик остался глухим к тексту "Бога" как поэтическому феномену. Упущены яркая образность, лирическая полетистость стиха. Из строки в строку, из строфы в строфу переходит унылый повтор: "Du bist, Du bist — Ты есть, Ты есть". (Этого нет у Державина). Название стиха переведено как "An Gott" — "К Богу". (У Державина — "Бог", ибо его мысль в Боге охватывает и человека. Ее, столь мощно звучащую в русской оде, Коцебу схватить и оценить не смог. Поэтому человеческое "Я" в коцебуевском переводе — лишь микроскопическая частичка, универсума ("Auch ich bin ein Teilchen des Weltalls") [Kotzebue 1793:77]. Знаменитая державинская строка "Я есмь — конечно есть и ты! в переложении Коцебу звучит: "Я есть — ты есть, без сомнения". Это лишь констатация существования бога и человека. Переводчик не сумел разглядеть заложенную в оригинале причинную связь между одним и другим и — самое главное — обусловленность бога существованием человека.

Для сравнения представим также перевод (1845) Ф. Боденштедта, известного поэта, ученого-филолога, выдающегося посредника и пропагандиста русской литературы в Германии, первого немецкого переводчика "Евгения Онегина". Его перевод державинской оды (как и многих других произведений Державина, Пушкина, Лермонтова) продиктован подлинно творческим интересом к оригинальному русскому произведению. Это рифмованное переложение, что требовало внимания не только к размеру, рифме, ритму оригинала, но и настоящего поэтического сотворчества. Это не просто нейтральная копия, подобно Коцебу; Боденштедт ощущает державинское вдохновение, стремится передать восторг автора перед величием бога и человека, наполненность русской оды лирическим "я" (особенно строфы 7-9). Они насыщены местоименными формами от личного "Я" ("моя душа", "во мне", "я ощущаю", "я есть" и т. д.). И особенно перевод знаменитой строки из седьмой строфы:

Я есмь — конечно есть и ты! [Державин]
Jch bin — darum bist auch Du! [Bodenstedt]
Я есть — поэтому есть ты! [Боденштедт]

Наличие бога со всей определенностью объясняется тем, что есть "Я" — человек. Эта обусловленность божественного существования человеческим усилена не только по сравнению с переводом Коцебу, но даже — с оригиналом.

Самобытная оригинальность оды "Бог" особенно ярко выявляется на фоне немецких первоисточников, интенсивно перерабатываемых в "поэтическом горниле" русского таланта. В статье "В чем же, наконец, существо русской поэзии и в чем ее особенность" Н. В. Гоголь пишет: "Взятое у чужих, и больше всего у немцев: так зажег и одушевил своей живостью, что перед ним оригиналы кажутся копиями, а переводы его — истинными оригиналами" [Гоголь 1978:340]. Это сказано о Жуковском, но кажется, что и о Державине тоже. Даже в "Боге", написанном по немецким образцам, меньше всего "духа святого богопочитания", а больше всего -звонкого, открытого восторга перед огромностью мира, вечного через бога и человека.


Литература:

Веселовский А. Западное влияние в новой русской литературе: Сравнительно-исторические очерки. — М., 1983.
Гербель Н. В. Русские поэты в биографиях и образцах. — СПб., 1988.
Гоголь Н. В. В чем же, наконец, существо русской поэзии и в чем ее особенность // Гоголь Н. В. Собр. соч.: В 7 т. — М., 1978. — Т. 6.
Грот Я. К. Примечания и приложения к "Жизни Державина"// Державин Г. Р. Сочинения. — СПб., 1883.
Державин Г. Р. Сочинения: В 9 т. / Под ред. Я. К. Грота. — СПб., 1864-1883.
Ode an Gott. Deytsch von Fr. Bodenstedt // Russischen Lyrik. — Berlin, 1948.
Gedichte des Herrn Staatsraths von Derschavin. Aus dem Russischen Ubersetzt von A. V. Kotzebue. — Leipzig, 1793.
Giesemann Kotzebue in Russland. Materialien zu Wirkungsgeschichte. — Frankfurt am Main, 1973.
Rosendahl Gisela. Deutscher Einfluss auf Gavriil Romanovic(Derzavin. Dissertation. — Bonn, 1953.

1 - 2


Ключ цифирного письма

«250-летие со дня рождения Г.Р. Державина»

Вид из усадьбы Званка




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Державин. Сайт поэта.