Державин Гавриил Романович

 
Главная > Критика > Автобиографическая дилогия Г. Р. Державина

Панин C. В.: Автобиографическая дилогия Г. Р. Державина. Страница 1

1 - 2 - 3 - 4

Идею написания автобиографии подсказал Г. Р. Державину B. В. Капнист весною 1804 г. Тогда же, 21 марта, Державин пообещал ему: «Для истории моей, по твоему совету, буду стараться писать замечания или записки на Званке»1. Однако в тот год, проводя, как обычно, летние месяцы «на Званке», он никакого «старания» относительно обещанных «записок» не проявил, увлеченный работой над «Добрыней» — «театральным представлением с музыкой в пяти действиях».

10 мая 1805 г. Евгений Болховитинов, епископ старорусский и викарий новгородский, собиравший материалы для словаря русских писателей, обращается с просьбой к графу Д. И. Хвостову: «Вам коротко знаком Г. Р. Державин. А у меня нет ни малейших черт его жизни. Буква же Д близко. Напишите, сделайте милость, к нему и попросите его именем всех Литераторов, почитающих его, чтобы вам сообщил записки 1) котораго года, месяца и числа он родился и где, а также нечто хотя о родителях его, 2) где воспитывался и чему учился, 3) хотя самое краткое начертание его службы, 4) с котораго года начал писать и издавать сочинения свои и которое из них было самое первое. 5) Не сообщит ли каких о себе и Анекдотов, до Литтературы касающихся?»2.

15 мая Хвостов пишет Державину, сообщая о просьбе Евгения Болховитинова, и 31 мая в ответном письме графу поэт выражает желание познакомиться с Евгением Болховитиновым и поговорить с ним «о сей материи лично; ибо не весьма ловко самому о себе класть на бумагу, а особливо некоторые анекдоты, в жизни моей случившиеся. Касательно же литературы, то по случаю, мимоходом, некоторыя краткия черты сообщил я гр. А. И. М. — Пушкину3. Со временем дополнить можно, а вам вот что скажу:

Кто вел его на Геликон
И управлял его шаги?
Не школ витийственных содом:
Природа, нужда и враги.

Объяснение четырёх сих строк составит историю моего стихотворства, причины оного и необходимость» (6, 170).

30 сентября 1805 г. Евгений Болховитинов в письме к графу Д. И. Хвостову сообщил: «Похвалюсь вам, что он (Державин. — С. П.) прислал мне самую обстоятельнейшую свою Биографию и пространные примечания на случаи и на все намеки своих од. Это драгоценнейшее сокровище для Русской Литературы. Но теперь еще и на свет показать их нельзя. Ибо много живых витязей его намеков»4.

Державин написал для Евгения краткий вариант автобиографии — своеобразный автобиографический очерк «Нечто о Державине», а также ряд пояснительных заметок о своих стихотворениях и о случаях, подавших к ним повод, под названием «Примечания на сочинения Державина». Поэт писал о себе от третьего лица, словно со стороны наблюдая за собственными поступками и оценивая их. Эти два рукописные произведения позволяют говорить о первых шагах в создании великим поэтом автобиографической дилогии, которая по замыслу автора должна была осветить две стороны его жизни — государственную службу и стихотворство. Державин специально разделил их, ибо всегда полагал, что поэт имеет право на творчество только в момент отдыха от гражданской деятельности. Подтверждением этому служат его слова о своих литературных занятиях в очерке «Нечто о Державине»: «... видел неожидаемой успех его дарований, которых он, так сказать, не отрабатывал и автором никогда быть не готовился, а упражнялся только когда между дел по службе и между разбирательства третейских судов и управления многих опек, в коих всегда без всякой корысти защищал бедных и слабых в сведении законов от корыстолюбцев и ябедников. А для того небрег он о них и никогда не собирал...»5.

«Нечто о Державине» композиционно состоит из двух частей, обозначенных не графически, но по смыслу. Одна из них посвящена жизни Державина-чиновника, другая — жизни Державина-литератора. Обе они объединены структурно. Державин в обеих своих ипостасях (а посему и в указанных частях) проходит традиционный путь: рождение, становление, формирование, деятельность, отставка. В первой части Державин касается вопросов своей родословной с момента рождения 3 июля 1743 г. в Казани «от благородных родителей. Родоначальник его

Багрим Мурза выехал из Золотой Орды в службу к великому князю Ивану Васильевичу Темному... Сие известно по Бархатной книге. Предки его служили разныя дворянския службы» — до даты своей отставки — 7 октября 1803 г., когда он «... по прошению уволен от службы с произвождением того жалованья и столовых денег, что при Императоре Павле получал, будучи Государственным казначеем» (81, 84).

Во второй части очерка, анализируя свою литературную деятельность, Державин пошёл по тому же пути, обозначив границы своей поэтической службы: «... хотел подражать г-ну Ломоносову, но как талант его не был с ним внушаем одинаковым Гением, то, хотев парить, не мог выдерживать постоянно красивым набором слов свойственна-го единственно российскому Пиндару велелепия и пышности. А для того с 1779 году избрал он совсем особой путь, будучи предводим наставлениями г-на Бате и советами друзей своих, а после по жене и родственников — Н. А. Львова, В. В. Капниста и И. И. Хемницера, подражая наиболее Горацию». Назвав свои юношеские стихотворческие опыты 1760-х гг. «смешным мараньем», написанным «без наставника и без правил» в подражание Ломоносову «в выражениях и штиле» и немецким поэтам XVIII века — Ф. Гагедорну (1708-1754), Э. — Х. Клейсту (1715-1759), А. фон Галлеру (1708-1777), Ф. В. Захарие (1726-1777), а себя самого — не успевшим в подражании «молодым сочинителем», который не имел ломоносовского таланта, Державин, «... дравши, все предавал огню», а потому своё рождение как поэта он определил более поздними сроками. Окончание же своего литературного поприща Державин установил так: «... Первая жена его, любя поэзию и имея к ней от природы вкус, тихонько от него копила и переписывала своею рукою в одну тетрадь: то когда императрица изъявила ему неоднократно желание свое, чтоб он более упражнялся в стихотворении, что он и должен был исполнить, а как по некоторым обстоятельствам не имел он духа вновь чего-либо изящнаго произ-весть, то и схватился за собранныя его женою, что, переписав чистым письмом и украсив виньетами, поднес Императрице 1-ю часть в исходе 1795 года, которая в кабинете Ея Величества и была по самую Ея смерть, случившуюся ноября 6-го дня 1796 года. При вступлении на престол Императора Павла 1-го достал оную обратно к себе, которая и поднесь находится у него ненапечатанной, равно и после того еще сочиненныя» (82, 84).

Таким образом, и государственная деятельность, и литературное творчество ассоциировались Державиным как служба, служебное поприще на благо России. Это подтверждает тот факт, что Державин в конце своего автобиографического очерка объединил свои стихотворения и прозу. Вот только проза эта не имеет ничего общего с литературной: «Есть несколько... прозаических произведений сего писателя, большею частию в речах состоящих, сказанных разными особами, при разных случаях, из коих некоторыя напечатаны в периодических изданиях и ведомостях; но множество писано им канцелярских бумаг, как то: мнений, начертаний, проэктов. И из них между многими мелочными суть: 1-е) Должность экспедиции о государственных доходах. 2-е) Система канцелярского порядка с обширными примечаниями на таковую же г-на Тутолмина...» (84).

Таким образом, становятся понятными постоянные вкрапления в художественную ткань каждой из смысловых частей «Нечто о Державине» фрагментов, относящихся непосредственно к творческой биографии поэта. Например, в описании первых ступеней своего образования в конце 1750-х гг. Державин заметил: «В сии-то годы обучения в гимназии... стала открываться способность к стихотворству от чтения од г-на Ломоносова и трагедий г-на Сумарокова, а также и книг Телемака, Ар-гениды, Маркиза Г и тому подобных, которыя только тогда переведены, напечатаны были и в Казане у некоторых особ находились. Сколь ни тесен был путь, по которому склонность молодого стихотворца без всякаго предводителя устремляла, однако же начал он денно и ночно трудиться в кропании стихов и в сочинении романов или сказок в подражание вышесказанных превосходных образцов» (82).

Очерк «Нечто о Державине» был написан «по заказу» митрополита Евгения как краткая автобиография, а потому не мог полностью охватить все стороны жизни великого поэта и государственного деятеля. Между тем, в конце очерка есть очень любопытная фраза, которая отчасти объясняет, почему Державин решил продолжить историю своей жизни, дополнить и расширить её: «Хотя же из всех... его трудов по известным и не удобописанным здесь причинам большая часть успеха не имели, но как они все находятся в своих местах и во многих частных руках, то и остается судить о пользе их и о уважении потомству...» (85).


1 Сочинения Державина с объяснит. примеч. Я. К. Грота: В 9 т. Т. 6. СПб., 1871. C. 149. Далее ссылки на это издание в тексте с указанием тома и страницы.
2 Переписка Евгения с Державиным // Сб. Отд. русск. яз и словесности Имп. Академии наук. T. V. Вып. 1. СПб., 1868. С. 121.
3 Это дало повод Я. К. Гроту предположить, что А. И. Мусин-Пушкин тоже собирал материалы для биографии Г. Р. Державина (6, 170).
4 Переписка Евгения с Державиным... С. 71.
5 Кононко Е. Н. Рукописи Г. Р. Державина в Центральной научной библиотеке УССР // Русская литература. 1972. № 3. С. 84. Далее ссылки на это издание в тексте с указанием страницы.

1 - 2 - 3 - 4


«250-летие со дня рождения Г.Р. Державина»

Портрет Г.Р. Державина (С. Тончи)

Памятник Г.Р. Державину в Петрозаводске




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Державин. Сайт поэта.