Державин Гавриил Романович

 
Главная > Критика > Анакреонтические стихи Карамзина и Державина

Ионин Г. Н.: Анакреонтические стихи Карамзина и Державина. Страница 1

 - 2 - 3 - 4 - 5

1

Русская анакреонтика — своеобразная и до сих пор еще недостаточно изученная ветвь русской поэзии. Проблематика ее очень сложна, и история ее в целом еще не написана.1

Обращение русских поэтов в 1780-1790-е годы к анакреонтее, как известно, связано с новым интересом к античности, возникшим в европейской литературе еще в 60-е годы, когда разгорелась полемика вокруг идей И. Винкельмана, высказанных в труде "Мысли о подражании греческим произведениям в живописи и скульптуре" (1755). Винкельман провозгласил искусство греков нормой и образцом для подражания, а достижением греков считал создание идеальных героических образов. По Винкельману, греческое искусство стояло над жизнью, воплощало идею подавления личности и ее страстей. Лессинг в трактате "Лаокоон" (1766) и Дидро в "Салоне ("Другу моему господину Гримму", 1767) возражали ему. Дидро писал, что у древних учиться нужно, но не подражать им, а учиться у них подражать природе, создавать идеал, изучая природу, человека, как это умели делать греки. Позднее выступил Гердер, который рассматривал античную поэзию как создание определенного народа в определенную историческую эпоху, но в то же время говорил об общечеловеческом значении античной поэзии. В "Письмах для поощрения гуманности" (1793-1795) он отмечал, что в отношении "культуры человечности" "мы все должны стать греками, в противном случае мы останемся варварами".

В 80-90-е годы к античности обращаются Гёте и Шиллер. В произведениях Шиллера оживает древняя Греция, наивная естественность ее поэзии, неповторимость созерцания греков ("Боги Греции", 1788; "Торжество победителей", 1803). Шиллер не подражает античным образцам, а творит в их духе, привнося в свои произведения идеи современости. В "Римских элегиях" Гёте (1788) отражено "языческое мироощущение как реально пережитое, как воплощение собственного восприятия мира".2В поэме "Герман и Доротея" Гёте античным "гомеровским" гекзаметром пишет о современности, пытаясь создать новый эпос, не подражая Гомеру, а учась у него писать о жизни.

Новое отношение к античности появилось и в русской литературе. В 1791 г. в "Московском журнале" Н. Карамзин напечатал статью "О сравнении древней, а особливо греческой с немецкою и новейшею литературою", в которой читаем: "Не во многом можно подражать древним, но весьма многому можно у них или, лучше сказать, посредством их выучиться. Кто без творческого духа хочет быть поэтом или скоро обработать дарования свои по хорошим образцам, тот может кратчайшим путем достигнуть до того через прилежное чтение новейших поэтов — итальянцев, французов и англичан. Но точно потому, что расстояние между сими и нами столь мало, а между греками и нами столь велико, то сии последние гораздо удобнее к образованию великого духа и вкуса".3Ранее в стихотворении "Поэзия" (1787), перечисляя любимых поэтов, Карамзин кроме Томсона, Геснера, Мильтона, Шекспира и Оссиана называет Гомера, Феокрита, Виргилия, Овидия. Стихотворение "Поэзия" для Карамзина имело программное значение, подобно "Эпистоле о стихотворстве" для Сумарокова. Но Карамзин не дает рецептов, правил каждого жанра, вообще для него поэзия разделяется не столько на жанры, сколько на поэтические миры, в которых воплотились неповторимые и несравненные индивидуальности гениев, поэтов разных времен и народов. Обращаясь к "россам", пророчески предсказывая, что грядет век, в который и у нас "поэзия начнет сиять, как солнце в полдень", Карамзин призывает создать оригинальную, неподражательную, русскую поэзию, которая привлечет поклонение Европы. Творчество гения не образец, а то поэтическое пламя, от которого другой гений может возжечь свой светильник, "как в баснях Прометей тек к огненному Фебу, чтоб хладный темный мир согреть и осветить". Эта же мысль выражена в стихотворении "К Дмитриеву" (1788). Поэт грустит, что многие "барды", точно следуя правилам, где нужно "повышая" или "понижая" тон, поют битвы, нравы кротких пастушек, вино, но не трогают сердца. "Где новый Анакреон?" — задаёт он вопрос.

К концу 1780-х годов русская анакреонтика уже прошла сложный путь. М. Ломоносов дал классический перевод из Анакреона ("Ночною темнотою") и в "Риторике" определил анакреонтическую оду как "басню" с "нечаянным" концом. С середины 1750-х годов в поэзии утверждается созданный Сумароковым жанр анакреонтической оды. Его важнейшая особенность — безрифменный стих (четырехстопный хорей или трехстопный ямб с женской клаузулой). Сумароков опубликовал только две такие оды в 1755 г. в журнале "Ежемесячные сочинения", остальные напечатаны посмертно Н. Новиковым во второй части "Полного собрания всех сочинений А. П. Сумарокова" в 1781 г., но именно в них есть близость к анакреонтее, вариации ее мотивов, философские, гражданские темы. Последователи Сумарокова, видимо, ориентировались на первые два его стихотворения. Вино, любовь, наслаждение, иногда условный шутливый сюжет — таковы черты трафарета, превратившего анакреонтическую оду в безделку, "игранье стихотворно" (Ржевский, Богданович, анонимы). М. Херасков попытался использовать "анакреоново стихосложение" для философской поэзии, но его морально-поучительные и даже религиозные рассуждения в стихах были чужды анакреонтике и в жанре безрифменной анакреонтической оды не породили традиции, если не считать одной пьесы А. Нарышкина и масонского стихотворения Гамалеи. Между тем многие поэты переводных и оригинальных анакреонтических пьес отказывались от белого стиха. Русская анакреонтика, далекая от греческого первоисточника, лишенная античного колорита, потеряв свой стих, растворялась в трафаретной любовной поэзии. Против бездумной эротической лирики выступил Ломоносов.

В "Разговоре с Анакреоном" (опубликован в 1771 г., но был известен в списках раньше) он поставил проблему гражданственности поэзии, "на анакреоновой лире" воспел "возлюбленную мать" — Россию.4Но Ломоносов отказывался от любовной темы, предпочитая петь героев. "Разговор с Анакреоном" вызвал многочисленные отклики, "ответы". Переводя 1-ю оду и по-разному варьируя ее, поэты отстаивали тему любви и наслаждения5.Вместе с тем они преодолевали прежний шаблон, избавлялись от "чистой" эротики. Плодотворны были опыты М. Муравьева6, раннего Державина, С. Тучкова. Но наиболее полно новые тенденции выразились в анакреонтике Карамзина.

В 1789 г. в журнале "Детское чтение для вкуса и разума" были помещены "Анакреонтические стихи А. А. П< етрову >", за ними последовал целый ряд анакреонтических стихотворений. В них Карамзин прямо не подражает, даже не заимствует и не варьирует характерные анакреонтические мотивы: вино, любовь, наслаждения. В непринужденной, легкой форме, просто и естественно поэт говорит о том, что его волнует. Такое понимание анакреонтической оды было распространено в 1790-е годы. Известно, что славу русского Анакреона приобрел Ю. Нелединский-Мелецкий песнями, легкими лирическими стихами, в которых нет ничего анакреонтического. Для Н. Львова и В. Капниста, по замечанию Г. В. Битнер, "условно-жанровое определение "анакреонтическая ода"; было знаком того, что данное произведение посвящено анализу простого человеческого чувства".7

Карамзину удалось, как никому другому в легкой поэзии, передать чувства и настроения современного ему человека. Новый русский Анакреон должен писать об окружающей его жизни. Традиционные мотивы анакреонтеи Карамзин соединил с новыми темами, характерными для сентиментальной литературы. Он писал не вообще о любви, а ставил проблему: любовь и светское общество. Такова трогательная песня "Прости" (1792):

Не знатен я, не славен:
Могу ль кого прельстить?
Не весел, не забавен:
За что меня любить?
Простое сердце, чувство
Для света ничего.
Там надобно искусство,
А я не знал его!8

Любимая вышла замуж, конечно, за человека знатного и известного, постигшего искусство светской жизни. Поэт готов в уединении кончить дни:

Во тьме лесов дремучих
Я буду жизнь вести,
Лить токи слез горючих,
Желать конца — прости!
(113)

1По истории анакреонтики см : И. Н. Розанов. Русская лирика. М. 1914, стр. 239-244; Н. Н. Кутателадзе. К истории классицизма в России. Анакреонтические песни в русской литературе XVIII столетия. Филологические записки, 55, вып. 3-4, Воронеж, 1915. В дальнейшем: Кутателадзе; Г. Г уковский. Об анакреонтической оде. В кн : Русская поэзия XVIII века. "Academia", Л., 1927. В дальнейшем: Гуковский; С. L. Dragе. The Anacreontea and 18-th Century Russian Poetry. The Slavonic and East European Review, v. XLI, № 96, 1962, December, pp. 110- 134. В дальнейшем: Дредж.
2Р. М. Самарин и С. В. Тураев. Творчество Гете веймарского периода. В кн.: История немецкой литературы в пяти томах, т. 2, 1963. Изд. АН СССР, М. — Л., стр. 406.
3Н. М. Карамзин, Избранные сочинения, т. II. Изд. "Художественная литература", М. — Л., 1964, стр. 92
4См.: Кутателадзе, стр. 481-482.
5Об этом см.: Кутателадзе, стр. 490-491.
6См.: А Н. Бруханский. М. Н. Муравьев и "легкое стихотворство". В КН.: XVIII век, сб. 4. Изд. АН СССР, М., — Л., 1959, стр. 157- 171; Л. Кулакова. Поэзия М. Н. Муравьева. В кн.: М. Н. Муравьев, Стихотворения. "Библиотека поэта". Большая серия. Л., 1967, стр. 5-49.
7Г. В. Битнер. Капнист. В кн.: История русской литературы, т. IV. Изд. АН СССР, М. — Л., 1954, стр. 494.
8Н. М. Карамзин, Полное собрание стихотворений. "Библиотека поэта". Большая серия. М. — Л., 1966, стр. 313. — В дальнейшем ссылки на это издание в тексте.

1 - 2 - 3 - 4 - 5


Памятник Г.Р. Державину в Казани

Памятник Г.Р. Державину в Петрозаводске

Мемориальная доска на доме Державина




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Державин. Сайт поэта.