Державин Гавриил Романович

 

315. От Каница. Казань, 9 марта 1780. (перевод с немецкого)

Письмо ваше от 4 февраля получил я через Чичагова. Вполне чувствую цену всего, что в этом письме заключается дружеского и благородного. Я чувствую это, и однакож не смею, уважаемый друг, показать вам это отрадное чувство, как оно есть; оно не могло бы вполне избежать подозрения в лести; казалось бы, что оно заимствует свою теплоту от корысти; короче, это чувство говорило бы языком хвалебным, думая, что оно является только благодарным и умиленным. Да наградит же вас собственное ваше сознание за то, что вы поступили человеколюбиво и благотворно!

Г. Губернатор прибыл в Казань 27 февраля. Он, по делу моему, привез мне известие, что он и Иван Иванович просьбу мою к Императрице передали г. Безбородке; что оба они настоятельно просили его обратить на нее внимание; что г. Безбородко обещал иметь ее постоянно в готовности и при первом удобном случае доложить Государыне, и что он очень надеется на успешное окончание дела. Потом г. губернатор уверял меня, что Иван Иванович еще при прощаньи обещал ему непременно напомнить г. Безбородке. Если вы, дражайший друг, еще присоедините к тому свои напоминания и по своему обещанию отдадите ему мое письмо, то я конечно могу ласкаться приятной надеждой. Сердце мое расположено вполне верить в ваше усердие к моему делу.

Мы вовсе не ожидали князя Платона Степановича к маслянице. Он приехал в последние дни ее. Я между тем приготовил в гимназии представление трагедии Димитрий Самозванец1; по прибытии его я наскоро написал эпилог на здешние новые учреждения. Он был представлен здесь вместе с трагедиею и понравился. Князь П.С. на сегодняшней почте отправил этот эпилог к г. Безбородке; но наперед исключил все, что там относилось к его лицу, так как сам он пересылал мое сочинение; во всех других экземплярах это осталось с его ведома. Честь имею, драгоценный друг, препроводить и к вам экземпляр этой скороспелой и несовершенной пьесы. Если б вы хотели показать г. Безбородке эпилог в полном его виде, то это было бы удобным к тому случаем.

После того как губернатор отправил эпилог ко двору, моею обязанностью было послать его от гимназии Ивану Ивановичу, - я это и сделал с сегодняшнею почтою, при рапорте. Может быть, вам представится случай услышать, что он думает об этом сочинении, а этот случай может послужить хорошим поводом напомнить о моем деле. О, какое счастье иметь благородного и умного друга!

Граф Строганов, по просьбе князя Платона Степановича, обещал прилежно напоминать об этом как Ивану Ивановичу, так и г. Безбородке. Этот достойный космополит уже несколько лет делает мне честь быть моим другом и благодетелем. Прошу вас, передайте ему приложенный здесь пакет; вместе с эпилогом я посылаю ему и план старой Казани, в изготовлении которого и вы, добрый мой друг, приняли столько участия. Он даст вам прочесть мое письмо. Если у вас есть речь моя на бедствие Казани2, дайте ее прочитать графу; впрочем, я думаю, что она в Петербурге продается.

Не смотря на разные обстоятельства, я беспрестанно занимаюсь начатым мною трудом и предоставляю Богу, если Ему угодно, позаботиться обо мне чрез моих друзей.

И так, достопочтенный друг, поверяю вам безусловно мое счастье, мое дело, мою признательность. Могу ли же не быть с почтительнейшею привязанностью на всю жизнь ваш обязаннейший слуга

Ю.Ф. Каниц.


1Соч. Сумарокова.
2 См. прим. к № 272.


Портрет Г.Р. Державина

Бюст Г.Р. Державина во дворе его усадьбы

Портрет Г.Р. Державина




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Державин. Сайт поэта.